Культура

Книжная полка. Миф и душа

Вышедший в Воронеже тысячным тиражом сборник «Русская душа» – кажется, первый, посвящённый памяти прозаика Вячеслава Дёгтева. Включены в издание 46 текстов – по числу прожитых писателем лет. Собраны в «Русской душе» публиковавшиеся в газетах Москвы и Воронежа некрологи, воспоминания коллег и друзей писателя, рецензии на некоторые из 20 его сборников, а также интервью и эссе самого Дёгтева...

Вышедший в Воронеже тысячным тиражом сборник «Русская душа» – кажется, первый, посвящённый памяти нашего земляка, прозаика Вячеслава Дёгтева. Судя по аннотации, серия публикаций будет продолжена.

Включены в издание 46 текстов – по числу прожитых писателем лет. Собраны в «Русской душе» публиковавшиеся в газетах Москвы и Воронежа некрологи, воспоминания коллег и друзей писателя, рецензии на некоторые из двадцати его сборников – причём диапазон представленных мнений критиков о дёгтевском творчестве вполне широк. Вошли в книгу также интервью и эссе самого Вячеслава Дёгтева (жаль, без указания издания первой публикации). Можно, кроме того, обнаружить на её страницах и несколько написанных перед смертью рассказов. Почему-то без упоминания в оглавлении об их наличии. Сложно также объяснить, по какой причине имя составителя «Русской души» Николая Сапелкина указано на корешке книги, как если бы он являлся ее автором.

Безусловно, очень хорошо, что в городе есть люди, готовые не только собрать и систематизировать накопившийся материал об известном писателе, но и найти средства для издания книги. К примеру, будущий биограф писателя найдёт на ста двадцати шести её страницах немало полезного для своих исследований. Впрочем, мало данных о том, «каким он парнем был» (реального-то Дёгтева-человека – при жизни, помнится, весьма чётко и последовательно выстраивавшего свой «литературный имидж», в отличие от Дёгтева-литератора, в сборнике почти не видно), а материала на весьма, как мне кажется, любопытную тему посмертной мифологизации писательского образа, - вполне достаточно. «Рост выше среднего. Бойцовской комплекции… Умел любить женщин и был любим ими… Во всех своих проявлениях и исканиях был, в первую очередь, русским, православным. Умел грешить, умел и каяться… Его перо стало мечом, обагрённым кровью врагов России… Гладиатор в славянском шлеме…» – что здесь от реального Дёгтева, а что – от образа, проступающего сквозь обложки его книг, – теперь уже трудно сказать.

А надо бы.

Виталий ЧЕРНИКОВ.
© При перепечатке или цитировании материалов cайта ссылка на издания газетной группы «Коммуна» обязательна. При использовании материалов в интернете гиперссылка на www.kommuna.ru обязательна.